Сейчас в городе Пятихатки уже отцвели каштаны и остались разве что впечатления, как от их красивых «свечек» замечательная светлая центральная улица становилась еще светлее. Июньская жара «парализовала» майское людское беспокойство, недавно граничившее с панической лихорадкой. После «залпа» неожиданных выбросов вредных веществ на села района сернокислотным цехом Желтоводского гидрометаллургического завода, принадлежащего государственному урановому предприятию «Схід ГЗК», был несанкционированный «залп» информационный — в местных и центральных СМИ. «Осветили» кто как сумел, кто что услышал, поговорили, покричали, посокрушались, посочувствовали… и проблему, а точнее беду для людей, заговорили. За кадром так и осталось неизвестным, что же было на самом деле: взрыв в цеху, технологический выброс, штатная ситуация или вонь городского мусорохранилища, которое фигурировало в репортажах, вместе с «аллергическим» цветением каштанов? В коридорах власти пошло главное «мнение» — такой шум вокруг «Схід ГЗК» был выгодным (?) кому-то…
![](/wp-content/uploads/2007/06/article-76_1.jpg)
«ТУМАН» ЯРОМ
Воссоздадим события и задумаемся над ситуацией, произошедшей в тот день. Сигнал о зловещем «тумане» прозвучал от депутата райсовета, фермера из Богдано-Надеждовки Виктора Крамаренко и депутата сельского совета Татьяны Крамаровой, которые где-то около семи утра 11 мая подняли всех на ноги в районе, а потом эта волна чрезвычайной обеспокоенности пошла вверх.
Председателю райгосадминистрации Александру Жарову, который тоже живет в одном из сел, связаться с начальством МЧС в области не удалось. Не соединяли, мол, у них имеется информация об аварии. Панические настроения в селах побудили к экстренному формированию районной чрезвычайной комиссии и бригады из местных специалистов медицины, представителей МЧС и власти, которые немедленно выезжают на загрязненные территории, раскинувшиеся в низинах реки Желтой рядом с городом уранопереработчиков Желтые Воды. Все это время не умолкал телефон в райгосадминистрации, куда обращались встревоженные люди за помощью.
— Мы с прокурором района Святославом Шинко выехали в Богдано-Надеждовский сельсовет, поскольку знали, что пять его населенных пунктов накрыло сернокислотное облако, — рассказывает нам первый заместитель председателя райгосадминистрации и председатель районной комиссии по вопросам техногенно-экономической безопасности и чрезвычайным ситуациям Виктор Цукор. — Там собственными глазами увидели весь этот рукотворный «туман» не только над Веселоивановкой и Миролюбовкой. Представляете, было не только не видно труб сернокислотного цеха, но и сельских домов по обе стороны дороги, поэтому, двигаясь по ней, водителям приходилось включать фары…
Виктор Васильевич добавляет, что за те несколько часов пребывания в зоне бедствия они на себе ощутили и слезоточивость, и першение в горле, и «жжение» лица и открытых частей тела, а позже в течение трех суток трещала голова. Когда встретились с сельским головой Николаем Омелянченко, у того голос сел так, что было едва слышно, что он говорил.
Реагируя на событие, местные власти поручили отделу образования приостановить занятия в школах, попавших в зону загрязнения выбросами паров серной кислоты. Учеников срочно развезли по домам на школьных автобусах. Предупредили население в телефонном режиме, так как проводового радио в районе нет десятки лет, чтобы закрыли окна и форточки в домах, чтобы забрали скот, который был на пастбище, чтобы сами люди не находились на открытом воздухе. Протокольно районная комиссия вынесла решение о предоставлении пассажирского транспорта в случае эвакуации населения в лагерь отдыха «Орлятко», находящийся в селе Саксагань. Область в это время к чрезвычайной ситуации не подключалась — все выполнял район своими силами. Поздно вечером присоединились две бригады врачей с токсикологом, окулистом из Днепропетровска во главе с заместителем начальника облуправления здравоохранения Владимиром Грищенко. Он руководил организационными вопросами, а подчиненные вели прием граждан, которые обращались за медицинской помощью.
Ольга Левковская, пенсионерка из села Богдано-Надеждовки со слезами на глазах рассказывала нам:
— 11 числа сразу обратилась к нашему фельдшеру, что делать? Глаза жжет, в горле не продохнешь и голова кружилась. Фельдшер померила давление, которое «подскочило» — 170 на 95, хотя за последние лет десять я не обращалась с давлением к врачам, а потом обсыпало тело. 11,12, 13, 14 мая ездила за медпомощью в районную больницу, но меня не госпитализировали и диагноза не ставили. Рекомендовали полоскать горло пищевой содой, пить минеральную воду, носить ватно-марлевые повязки.
Ольга Лукашевна возмущена, что в записях истории болезни исчезло ее обращение в первый день, а все последующие — есть. Она была у старшего следователя Желтоводской городской прокуратуры Ярослава Дорошевича, который ведет следствие по возбужденному уголовному делу, дала объяснения, там перекопировали ее историю болезни. Женщина знает, что это все у нее от сернокислотных выбросов.
Любовь Гаца, почтальон из села Миролюбовки, дополнила картину:
— Ехала на велосипеде с прессой и деньгами около обеда, так меня трижды кислотный «туман» накрывал, было так плохо. Раньше тоже выбрасывали, и на 9 мая нас травили выбросами. Многим людям стало плохо, потому что обострились болячки. У моей дочери Ани жгло лицо, у ребенка появилась сыпь. В нашем селе есть здание фельдшерско-акушерского пункта, но ни врача, ни фельдшера на должностях нет лет эдак с 10, одна медсестричка. Мы встречались со многими людьми, и все они были убеждены, что являются потерпевшими от сернокислотной аварии, но каждый раз переживают такое горе без поддержки государства.
ЧИНОВНИЧИЙ «БЛУД»
Директор государственного предприятия «Схід ГЗК» во время аварии и после нее находился в ближнем зарубежье и не появился в Желтых Водах. Главный инженер предприятия Петр Куча в разговоре не только с корреспондентом «Голоса Украины» давал «оптимистичную» информацию, дескать, что это технологический сбой, а никакая не авария, что взрывов ни на сернокислотном, ни на гидрометаллургическом предприятиях не было. Имело место незначительное отклонение в технологическом цикле, которое могли ликвидировать без остановки работы сернокислотного цеха. По его словам, под давлением Желтоводской городской санэпидемстанции он все же временно остановил его, чтобы прекратить «шумиху». И. о. начальника главного управления генерал Виктор Бутковский спустя несколько дней докладывал на сессии облсовета, что никакой угрозы населению нет, что это штатная технологическая ситуация, находящаяся под контролем, что не следует «раздувать» панические настроения.
![](/wp-content/uploads/2007/06/article-76_1.jpg)
«ТУМАН» ЯРОМ
Воссоздадим события и задумаемся над ситуацией, произошедшей в тот день. Сигнал о зловещем «тумане» прозвучал от депутата райсовета, фермера из Богдано-Надеждовки Виктора Крамаренко и депутата сельского совета Татьяны Крамаровой, которые где-то около семи утра 11 мая подняли всех на ноги в районе, а потом эта волна чрезвычайной обеспокоенности пошла вверх.
Председателю райгосадминистрации Александру Жарову, который тоже живет в одном из сел, связаться с начальством МЧС в области не удалось. Не соединяли, мол, у них имеется информация об аварии. Панические настроения в селах побудили к экстренному формированию районной чрезвычайной комиссии и бригады из местных специалистов медицины, представителей МЧС и власти, которые немедленно выезжают на загрязненные территории, раскинувшиеся в низинах реки Желтой рядом с городом уранопереработчиков Желтые Воды. Все это время не умолкал телефон в райгосадминистрации, куда обращались встревоженные люди за помощью.
— Мы с прокурором района Святославом Шинко выехали в Богдано-Надеждовский сельсовет, поскольку знали, что пять его населенных пунктов накрыло сернокислотное облако, — рассказывает нам первый заместитель председателя райгосадминистрации и председатель районной комиссии по вопросам техногенно-экономической безопасности и чрезвычайным ситуациям Виктор Цукор. — Там собственными глазами увидели весь этот рукотворный «туман» не только над Веселоивановкой и Миролюбовкой. Представляете, было не только не видно труб сернокислотного цеха, но и сельских домов по обе стороны дороги, поэтому, двигаясь по ней, водителям приходилось включать фары…
Виктор Васильевич добавляет, что за те несколько часов пребывания в зоне бедствия они на себе ощутили и слезоточивость, и першение в горле, и «жжение» лица и открытых частей тела, а позже в течение трех суток трещала голова. Когда встретились с сельским головой Николаем Омелянченко, у того голос сел так, что было едва слышно, что он говорил.
Реагируя на событие, местные власти поручили отделу образования приостановить занятия в школах, попавших в зону загрязнения выбросами паров серной кислоты. Учеников срочно развезли по домам на школьных автобусах. Предупредили население в телефонном режиме, так как проводового радио в районе нет десятки лет, чтобы закрыли окна и форточки в домах, чтобы забрали скот, который был на пастбище, чтобы сами люди не находились на открытом воздухе. Протокольно районная комиссия вынесла решение о предоставлении пассажирского транспорта в случае эвакуации населения в лагерь отдыха «Орлятко», находящийся в селе Саксагань. Область в это время к чрезвычайной ситуации не подключалась — все выполнял район своими силами. Поздно вечером присоединились две бригады врачей с токсикологом, окулистом из Днепропетровска во главе с заместителем начальника облуправления здравоохранения Владимиром Грищенко. Он руководил организационными вопросами, а подчиненные вели прием граждан, которые обращались за медицинской помощью.
Ольга Левковская, пенсионерка из села Богдано-Надеждовки со слезами на глазах рассказывала нам:
— 11 числа сразу обратилась к нашему фельдшеру, что делать? Глаза жжет, в горле не продохнешь и голова кружилась. Фельдшер померила давление, которое «подскочило» — 170 на 95, хотя за последние лет десять я не обращалась с давлением к врачам, а потом обсыпало тело. 11,12, 13, 14 мая ездила за медпомощью в районную больницу, но меня не госпитализировали и диагноза не ставили. Рекомендовали полоскать горло пищевой содой, пить минеральную воду, носить ватно-марлевые повязки.
Ольга Лукашевна возмущена, что в записях истории болезни исчезло ее обращение в первый день, а все последующие — есть. Она была у старшего следователя Желтоводской городской прокуратуры Ярослава Дорошевича, который ведет следствие по возбужденному уголовному делу, дала объяснения, там перекопировали ее историю болезни. Женщина знает, что это все у нее от сернокислотных выбросов.
Любовь Гаца, почтальон из села Миролюбовки, дополнила картину:
— Ехала на велосипеде с прессой и деньгами около обеда, так меня трижды кислотный «туман» накрывал, было так плохо. Раньше тоже выбрасывали, и на 9 мая нас травили выбросами. Многим людям стало плохо, потому что обострились болячки. У моей дочери Ани жгло лицо, у ребенка появилась сыпь. В нашем селе есть здание фельдшерско-акушерского пункта, но ни врача, ни фельдшера на должностях нет лет эдак с 10, одна медсестричка. Мы встречались со многими людьми, и все они были убеждены, что являются потерпевшими от сернокислотной аварии, но каждый раз переживают такое горе без поддержки государства.
ЧИНОВНИЧИЙ «БЛУД»
Директор государственного предприятия «Схід ГЗК» во время аварии и после нее находился в ближнем зарубежье и не появился в Желтых Водах. Главный инженер предприятия Петр Куча в разговоре не только с корреспондентом «Голоса Украины» давал «оптимистичную» информацию, дескать, что это технологический сбой, а никакая не авария, что взрывов ни на сернокислотном, ни на гидрометаллургическом предприятиях не было. Имело место незначительное отклонение в технологическом цикле, которое могли ликвидировать без остановки работы сернокислотного цеха. По его словам, под давлением Желтоводской городской санэпидемстанции он все же временно остановил его, чтобы прекратить «шумиху». И. о. начальника главного управления генерал Виктор Бутковский спустя несколько дней докладывал на сессии облсовета, что никакой угрозы населению нет, что это штатная технологическая ситуация, находящаяся под контролем, что не следует «раздувать» панические настроения.
Только приезд заместителя министра Минтопэнерго Украины Юрия Недашковского и его пребывание на аварийном предприятии с членами комиссии по вопросам техногенно-экономической безопасности и чрезвычайных ситуаций, встреча на бурной сходке с гражданами сел несколько «пригасили» оптимизм чиновников. Это от него мы узнали, что в Киев сообщение об аварии поступило от руководства «Схід ГЗК» 11 мая в 21 час. Кто-то «пекся» о чистоте своего «мундира», а не болел за здоровье десятков тысяч жителей района. Поэтому не беспокоили министерское начальство из-за такой «мелочи», чтобы скрыть настоящее состояние совершенного зла.
Нам не разрешили побывать в сернокислотном цеху. Сейчас там все «засекречено». Григорий Тараненко, гражданин из села Миролюбовка, что где-то в полуторах километрах от сернокислотного цеха, убеждал нас, что ему достоверно известно, что под угрозой увольнения у рабочих цеха взяли подписку о неразглашении аварийной ситуации. Находясь возле цеха через неделю после беды, мы стали свидетелями, как из воздушных трубопроводов, по которым подается серный «концентрат» из цеха в гидрометаллургический завод для вымывания урана из рудной массы, вытекала со «свистом» из проржавевших труб та же кислотная смесь. Некоторые технологические сооружения сернокислотного цеха выглядели грудами лома.
А между тем бригады медиков еще продолжали оказывать помощь пострадавшим, успокаивая их, мол, это проявление ваших хронических заболеваний, а не последствия сернокислотных выбросов. Любовь Лобода, заместитель главного врача райбольницы делилась с нами мнением, что регион экологически не очень спокоен. Он систематически страдает от кислотных дождей, после которых не только огурцы не родят, но и все овощи пропадают. Люди привыкли к этому, как-то адаптировались, живут и психоэмоциональный фон их очень чувствителен. Какой именно радиационный фон на Пятихатщине, до сих пор неизвестно.
— Мы сейчас не молчим, чтобы при каких-то дальнейших чрезвычайных событиях не было беды страшней, чем эта, и не говорили, а где же были врачи, где были власти района? — говорит Любовь Алексеевна.
Лично она работала в зоне бедствия три дня и знает правду не с чьих-то слов. Николай Шинкаренко, областной токсиколог, который тоже наведывался сюда в краткосрочную командировку, пропагандировал свою версию, что выбросы не вызвали отравлений. Когда мы попросили первого заместителя начальника облуправления здравоохранения Владимира Грищенко дать оценку реальному состоянию заболеваний в Пятихатском районе, связанных с загрязнением территории вредными выбросами, то он отказался от общения, сославшись на свое руководство. Странный медицинский «диагноз» в отыскании истины.
Сегодня на весах — судьба более ста тысяч людей, проживающих в городе и районе. Власти и граждане района не могут в дальнейшем мириться с тем, что им не говорят правду государственные чиновники. Поскольку дезинформация еще сильнее тревожит людей. Председатель райгосадминистрации Александр Жаров, оказавшийся в эпицентре властных событий, был участником заседания областной комиссии по вопросам техногенной безопасности и чрезвычайных ситуаций. Он рассказал нам, как на вопрос первого заместителя председателя облгосадминистрации Григория Вербицкого о количестве вредных веществ, которые по нормативам должен выбрасывать в окружающую среду урановый комплекс «Схід ГЗК», так никто й не назвал величину допустимой концентрации. Аналогичный вопрос задавал на совещании в сернокислотном Юрий Недашковский. Однако и там конкретика не зазвучала. Ознакамливаясь с цеховым «допотопным» оборудованием, члены комиссии удивлялись техническому состоянию такого опасного производства.
Из-за таких грубых нарушений технологического процесса городской главный санитарный врач и приостановил работу цеха, а прокурор города возбудил уголовное дело. После отъезда заместителя министра полторы недели аварийную ситуацию изучала межведомственная комиссия во главе с заместителем директора департамента ядерной энергетики и атомной промышленности Минтопэнерго Украины Леонидом Громко.
В ходе нашего общения Леонид Иванович подвел итоги:
— Факт выброса в воздух вредных веществ на сернокислотном производстве не вызывает никакого сомнения, он установлен, и специалисты изучают количественные и качественные характеристики от нарушения норм технологического регламента, но взрывов на самом деле не было…
В выводах относительно аварии, единодушно подписанных членами межведомственной комиссии, указанных в акте, речь идет о том, что потенциально опасное сернокислотне производство ГП «Схід ГЗК» оказалось без надлежащего внимания дирекции; что в министерство была передана неправдивая информация с неадекватной оценкой аварийной ситуации, которая создала социальное напряжение в регионе; что нарушения норм технологического регламента были не адекватно оценены и обслуживающим персоналом, и руководством; что сверхнормативные выбросы загрязняющих веществ 11 мая на 14 ч. 10 мин. были значительными. Серного ангидрида — 2603 тонны при нормативе — 0,856, серной кислоты — 0,239 тонны при нормативе — 0,078, а выбросы СО2 превышали допустимую концентрацию в пять раз. Указаны и другие недопустимые нарушения в работе сернокислотного цеха. В частности, то, что не все фланцевые соединения трубопроводов имеют защитные кожухи. Комиссия предложила рассмотреть целесообразность пребывания на занимаемых должностях руководителей предприятия «СхідГЗК», гидрометаллургического завода и сернокислотного цеха.
Таким оказался ведомственный финал шокирующей драматической ситуации. Свыше ста жителей Пятихатского района, обращавшиеся за помощью к врачам, еще не избавились от своего панического страха. Желтоводская городская прокуратура еще расследует уголовное дело, принимая меры, чтобы виновные в совершении преступления были наказаны в соответствии с действующим законодательством.
РАЙОННОЕ ИЗМЕРЕНИЕ: НАС НЕ СЛЫШАТ
В 20-х годах прошлого века поселок Пятихатки подчинялся Криворожскому округу. А урочище Желтые Воды в долине реки Желтой было еще неизвестным поселением. Позже, когда возникнет аграрный Пятихатский район, то он окажется в географическом треугольнике между мощными индустриальными Криворожским, Днепродзержинским и Александрийским бассейнами. Если сюда добавить еще и добычу и переработку природных урановых руд на своей территории, то экологическая «картина» становится весьма хрупкой.
— Город Желтые Воды после войны создавался советскими заключенными, пленными немцами как засекреченный центр добычи урановой руды под личным руководством Лаврентия Берии, создавался в густо населенном крае, — рассказывает нам председатель райгосадминистрации Александр Жаров. — Тогда никто слишком о людях не думал, а сегодня — Пятихатский район имеет экологическую нагрузку, которая должна бы волновать государство, потому что более ста тысяч граждан проживает в зоне карьеров, хвостохранилищ для добычи и переработки урановой руды. Город имеет свой статус, а район — нет…
Сессия Богдано-Надеждовского сельского совета объявила свою территорию зоной экологического бедствия. К таким шагам готовятся и другие территориальные громады. Руководителя района можно понять, ведь в конце 2004 года и. о. премьер-министра Украины Николай Азаров подписал постановление Кабмина за №1691 «Об утверждении государственной программы стабильного развития региона добычи и первичной переработки уранового сырья на 2006—2030 годы». В ней значится и Пятихатский район, которому из госбюджета только на 2006 год предполагалось выделить почти 18 млн. грн., на 2007 — свыше 16 млн. на активную работу по уменьшению экологической нагрузки на территорию района. «Схід ГЗК» расположен в городе Желтые Воды, но все его хвостохранилища — на территории Марьяновского сельсовета, под условно-секретными названиями — балка «Щ» и балка «Р». Эти накопители отработанных отходов при переработке урановых руд хранятся без соблюдения соответствующих элементарных технологий. Например, летом они должны заполняться водой, но ее там не бывает, что недопустимо. Правда и то, что от кислотных дождей в Пятихатском районе не выращивают огурцы и прочие овощи, потому как «роза ветров» разбрасывает вредные вещества производства именно по его территории и другим районам области.
— Мы до сих пор не получили ни копейки по государственной программе, — рассказывает Александр Николаевич. — Желтым Водам капают миллионы, а Пятихаткам — нет, поскольку не предусмотрели наши члены правительства в государственном бюджете.
Общественное мнение в районе устойчивое: на Печерских холмах местную власть не слышат, как и незаметно решительных попыток навести эколого-технологический порядок по современным стандартам на сернокислотном производстве и на урановом предприятии «Схід ГЗК». Возможно, хоть эта авария все же чему-то научит и заставит вспомнить о крайне заброшенной пятихатской зоне экологического бедствия.
Пятихатский район
Днепропетровской области.
P. S. На основании выводов специальной комиссии приказом главы Минтопэнерго Петр Перков был уволен с занимаемой должности. По факту случившегося возбуждено уголовное дело, в котором фигурирует директор «Схід ГЗКа». Предприятие возглавил Виктор Коваленко, который начал капитальный ремонт оборудования злополучного цеха. Казалось бы, на этом деле можно поставить точку. Виновные наказаны, последствия аварии ликвидируются. Но уволенный генеральный директор «Схід ГЗКа», как оказалось, вовсе не чувствует себя виноватым. Он собирается с помощью суда восстановиться в должности. Наверное, господин Перков считает, что понес незаслуженное наказание. Подумаешь, ядовитое облако. Так ведь никто не погиб. Но ведь если бы не оперативные действия Минтопэнерго и спасателей, то цех продолжал бы работать, отравляя атмосферу, и смертельного исхода, наверное, избежать бы не удалось.
Нам не разрешили побывать в сернокислотном цеху. Сейчас там все «засекречено». Григорий Тараненко, гражданин из села Миролюбовка, что где-то в полуторах километрах от сернокислотного цеха, убеждал нас, что ему достоверно известно, что под угрозой увольнения у рабочих цеха взяли подписку о неразглашении аварийной ситуации. Находясь возле цеха через неделю после беды, мы стали свидетелями, как из воздушных трубопроводов, по которым подается серный «концентрат» из цеха в гидрометаллургический завод для вымывания урана из рудной массы, вытекала со «свистом» из проржавевших труб та же кислотная смесь. Некоторые технологические сооружения сернокислотного цеха выглядели грудами лома.
А между тем бригады медиков еще продолжали оказывать помощь пострадавшим, успокаивая их, мол, это проявление ваших хронических заболеваний, а не последствия сернокислотных выбросов. Любовь Лобода, заместитель главного врача райбольницы делилась с нами мнением, что регион экологически не очень спокоен. Он систематически страдает от кислотных дождей, после которых не только огурцы не родят, но и все овощи пропадают. Люди привыкли к этому, как-то адаптировались, живут и психоэмоциональный фон их очень чувствителен. Какой именно радиационный фон на Пятихатщине, до сих пор неизвестно.
— Мы сейчас не молчим, чтобы при каких-то дальнейших чрезвычайных событиях не было беды страшней, чем эта, и не говорили, а где же были врачи, где были власти района? — говорит Любовь Алексеевна.
Лично она работала в зоне бедствия три дня и знает правду не с чьих-то слов. Николай Шинкаренко, областной токсиколог, который тоже наведывался сюда в краткосрочную командировку, пропагандировал свою версию, что выбросы не вызвали отравлений. Когда мы попросили первого заместителя начальника облуправления здравоохранения Владимира Грищенко дать оценку реальному состоянию заболеваний в Пятихатском районе, связанных с загрязнением территории вредными выбросами, то он отказался от общения, сославшись на свое руководство. Странный медицинский «диагноз» в отыскании истины.
Сегодня на весах — судьба более ста тысяч людей, проживающих в городе и районе. Власти и граждане района не могут в дальнейшем мириться с тем, что им не говорят правду государственные чиновники. Поскольку дезинформация еще сильнее тревожит людей. Председатель райгосадминистрации Александр Жаров, оказавшийся в эпицентре властных событий, был участником заседания областной комиссии по вопросам техногенной безопасности и чрезвычайных ситуаций. Он рассказал нам, как на вопрос первого заместителя председателя облгосадминистрации Григория Вербицкого о количестве вредных веществ, которые по нормативам должен выбрасывать в окружающую среду урановый комплекс «Схід ГЗК», так никто й не назвал величину допустимой концентрации. Аналогичный вопрос задавал на совещании в сернокислотном Юрий Недашковский. Однако и там конкретика не зазвучала. Ознакамливаясь с цеховым «допотопным» оборудованием, члены комиссии удивлялись техническому состоянию такого опасного производства.
Из-за таких грубых нарушений технологического процесса городской главный санитарный врач и приостановил работу цеха, а прокурор города возбудил уголовное дело. После отъезда заместителя министра полторы недели аварийную ситуацию изучала межведомственная комиссия во главе с заместителем директора департамента ядерной энергетики и атомной промышленности Минтопэнерго Украины Леонидом Громко.
В ходе нашего общения Леонид Иванович подвел итоги:
— Факт выброса в воздух вредных веществ на сернокислотном производстве не вызывает никакого сомнения, он установлен, и специалисты изучают количественные и качественные характеристики от нарушения норм технологического регламента, но взрывов на самом деле не было…
В выводах относительно аварии, единодушно подписанных членами межведомственной комиссии, указанных в акте, речь идет о том, что потенциально опасное сернокислотне производство ГП «Схід ГЗК» оказалось без надлежащего внимания дирекции; что в министерство была передана неправдивая информация с неадекватной оценкой аварийной ситуации, которая создала социальное напряжение в регионе; что нарушения норм технологического регламента были не адекватно оценены и обслуживающим персоналом, и руководством; что сверхнормативные выбросы загрязняющих веществ 11 мая на 14 ч. 10 мин. были значительными. Серного ангидрида — 2603 тонны при нормативе — 0,856, серной кислоты — 0,239 тонны при нормативе — 0,078, а выбросы СО2 превышали допустимую концентрацию в пять раз. Указаны и другие недопустимые нарушения в работе сернокислотного цеха. В частности, то, что не все фланцевые соединения трубопроводов имеют защитные кожухи. Комиссия предложила рассмотреть целесообразность пребывания на занимаемых должностях руководителей предприятия «СхідГЗК», гидрометаллургического завода и сернокислотного цеха.
Таким оказался ведомственный финал шокирующей драматической ситуации. Свыше ста жителей Пятихатского района, обращавшиеся за помощью к врачам, еще не избавились от своего панического страха. Желтоводская городская прокуратура еще расследует уголовное дело, принимая меры, чтобы виновные в совершении преступления были наказаны в соответствии с действующим законодательством.
РАЙОННОЕ ИЗМЕРЕНИЕ: НАС НЕ СЛЫШАТ
В 20-х годах прошлого века поселок Пятихатки подчинялся Криворожскому округу. А урочище Желтые Воды в долине реки Желтой было еще неизвестным поселением. Позже, когда возникнет аграрный Пятихатский район, то он окажется в географическом треугольнике между мощными индустриальными Криворожским, Днепродзержинским и Александрийским бассейнами. Если сюда добавить еще и добычу и переработку природных урановых руд на своей территории, то экологическая «картина» становится весьма хрупкой.
— Город Желтые Воды после войны создавался советскими заключенными, пленными немцами как засекреченный центр добычи урановой руды под личным руководством Лаврентия Берии, создавался в густо населенном крае, — рассказывает нам председатель райгосадминистрации Александр Жаров. — Тогда никто слишком о людях не думал, а сегодня — Пятихатский район имеет экологическую нагрузку, которая должна бы волновать государство, потому что более ста тысяч граждан проживает в зоне карьеров, хвостохранилищ для добычи и переработки урановой руды. Город имеет свой статус, а район — нет…
Сессия Богдано-Надеждовского сельского совета объявила свою территорию зоной экологического бедствия. К таким шагам готовятся и другие территориальные громады. Руководителя района можно понять, ведь в конце 2004 года и. о. премьер-министра Украины Николай Азаров подписал постановление Кабмина за №1691 «Об утверждении государственной программы стабильного развития региона добычи и первичной переработки уранового сырья на 2006—2030 годы». В ней значится и Пятихатский район, которому из госбюджета только на 2006 год предполагалось выделить почти 18 млн. грн., на 2007 — свыше 16 млн. на активную работу по уменьшению экологической нагрузки на территорию района. «Схід ГЗК» расположен в городе Желтые Воды, но все его хвостохранилища — на территории Марьяновского сельсовета, под условно-секретными названиями — балка «Щ» и балка «Р». Эти накопители отработанных отходов при переработке урановых руд хранятся без соблюдения соответствующих элементарных технологий. Например, летом они должны заполняться водой, но ее там не бывает, что недопустимо. Правда и то, что от кислотных дождей в Пятихатском районе не выращивают огурцы и прочие овощи, потому как «роза ветров» разбрасывает вредные вещества производства именно по его территории и другим районам области.
— Мы до сих пор не получили ни копейки по государственной программе, — рассказывает Александр Николаевич. — Желтым Водам капают миллионы, а Пятихаткам — нет, поскольку не предусмотрели наши члены правительства в государственном бюджете.
Общественное мнение в районе устойчивое: на Печерских холмах местную власть не слышат, как и незаметно решительных попыток навести эколого-технологический порядок по современным стандартам на сернокислотном производстве и на урановом предприятии «Схід ГЗК». Возможно, хоть эта авария все же чему-то научит и заставит вспомнить о крайне заброшенной пятихатской зоне экологического бедствия.
Пятихатский район
Днепропетровской области.
P. S. На основании выводов специальной комиссии приказом главы Минтопэнерго Петр Перков был уволен с занимаемой должности. По факту случившегося возбуждено уголовное дело, в котором фигурирует директор «Схід ГЗКа». Предприятие возглавил Виктор Коваленко, который начал капитальный ремонт оборудования злополучного цеха. Казалось бы, на этом деле можно поставить точку. Виновные наказаны, последствия аварии ликвидируются. Но уволенный генеральный директор «Схід ГЗКа», как оказалось, вовсе не чувствует себя виноватым. Он собирается с помощью суда восстановиться в должности. Наверное, господин Перков считает, что понес незаслуженное наказание. Подумаешь, ядовитое облако. Так ведь никто не погиб. Но ведь если бы не оперативные действия Минтопэнерго и спасателей, то цех продолжал бы работать, отравляя атмосферу, и смертельного исхода, наверное, избежать бы не удалось.
Михаил СКОРЫК.
«Голос Украины»