Желтоводского мальчика, которому пробило голову газонокосилкой, выписали из больницы

Узнав о том, что неподалеку от дома, на окраине Желтых Вод, открылся пляж, Светлана с мужем Василием решили устроить детям праздник — ближе к вечеру отвезти искупаться. В старенькие «Жигули» загрузились уже готовые к водным процедурам — в купальниках и плавках. Светлана села рядом с водителем, четырехлетний Даня — слева за папой, 14-летняя Анжела — справа у окна, а полуторагодовалый Захар посередине.

Когда подъехали к берегу, водитель стал искать место для парковки где-нибудь в тенечке. Машина медленно ехала вдоль посадки, а неподалеку, метрах в тридцати, работал красный мини-трактор с прицепной косилкой. Данилка, увидев трактор, просто прикипел к окну, а Светлана, заметив это, улыбнулась: «Подрастешь, мы и тебе такой купим, будешь на нем работать».

Все произошло в одно мгновение. Звон разбитого стекла, крик дочки: «Мама, Данечка!» — и фонтан крови, брызнувший Светлане в лицо. Один сплошной ужас, вспоминая о котором, женщина и сейчас начинает дрожать и плакать.

Оглянувшись на крик Анжелы, Светлана увидела, что Даня завалился на маленького Захара, а из его головы во все стороны бьют струйки крови. Слева из-под волос выглядывал какой-то предмет. Выскочив из машины, Светлана стала обматывать голову ребенка футболкой, лежавшей на заднем сиденье, но та сразу насквозь пропиталась кровью. Отец первым догадался, что произошло. Опытный автомеханик, он сразу распознал нож от мотокосы, торчавший из головы ребенка, и скомандовал: «Скорее в машину!»

— Я мчался, наверное, под сто километров, — пытаясь побороть волнение, говорит Василий.

Когда они приехали в Желтоводскую городскую больницу и окровавленная с ног до головы женщина в купальнике с ребенком на руках вбежала в приемный покой, дежурный врач ужаснулся. Но в еще больший ужас он пришел, когда размотал окровавленную футболку: череп мальчика был вскрыт, как консервная банка, огромной острой железякой. После такой травмы не выживают. Но малыш был жив, бился слабенький пульс, и его сразу забрали в реанимацию.

«Чтобы предотвратить отек мозга и заражение крови, применили свою методику»

К чести провинциальных медиков, не имеющих возможности оперировать столь тяжелых пациентов, они самоотверженно и грамотно боролись за жизнь Дани. Сразу подключили ребенка к аппарату искусственного дыхания, начали переливание крови, ведь давление у мальчика было, по сути, смертельное: сорок на ноль. Ввели антибиотики: было ясно, что рана инфицирована. Всю ночь родители провели под дверью реанимации. Светлана беспрерывно плакала, молилась и постоянно повторяла: «Боже, не отнимай у меня Данечку!»

— Когда ночью приехала бригада санавиации, врачи поняли, что не довезут малыша, — рассказывает заведующий отделением нейрохирургии Днепропетровской областной детской клинической больницы Владимир Агафонов. — На следующее утро меня вызвали в Желтые Воды проконсультировать маленького пациента. После телефонного разговора с врачами я ехал в полной уверенности, что помочь ребенку уже невозможно. Но мальчик с куском железа в голове был жив, даже держал давление. И мы рискнули повезти его в Днепр.


*Владимир Агафонов показывает нож от косилки, извлеченный из головы мальчика

Дорога от Желтых Вод до областного центра — неблизкая. А учитывая ямы и колдобины, которыми она усеяна, еще и смертельно опасная для такого пассажира. Однако в машине медицины катастроф, которая везла Даню, было предусмотрено все для транспортировки тяжелых пациентов: прочно закрепленные носилки, герметичный матрас, наличие необходимой аппаратуры. Когда ребенка, находившегося в коме, привезли в Днепр и сделали томограмму, оказалось, ситуация еще серьезнее, чем предполагали врачи.

Даня, по сути, получил осколочное ранение с повреждением тканей головного мозга. Острым ножом ребенку отсекло часть левого полушария, которая отвечает за правую половину тела и речь. Опыта проведения подобных операций у детских нейрохирургов не было. Такие травмы в Днепре могут оперировать только врачи областной больницы имени Мечникова, которая за последние два года превратилась в главный прифронтовой госпиталь. Когда с просьбой о помощи из детской больницы позвонили заведующему нейрохирургией областной клиники профессору Андрею Сирко, тот сразу порекомендовал своего коллегу — нейрохирурга высшей категории Александра Марченко.


*На снимке хорошо видно, как нож мотокосы вошел в голову. Ребенку отсекло часть мозга, которая отвечает за правую половину тела и речь

— Операция началась около семи часов вечера, — рассказывает Александр Марченко. — Извлекать нож сразу было опасно: открылось бы кровотечение, которое трудно остановить. Кусок металла вошел в левый висок, прорезал насквозь черепную коробку и вышел справа, причинив внутри серьезные повреждения. Нож зажал перебитые сосуды, и добираться до него нужно было очень осторожно, ведь для маленького ребенка потеря даже литра крови смертельно опасна. Сначала мы провели трепанацию черепа, удалив большой участок кости на макушке, потом постепенно начали убирать поврежденные части мозга. Когда вскрыли черепную коробку, почувствовали гнилостный запах: вместе с грязной железкой в рану попали земля, трава. Кроме кровотечения, ребенку грозили отек мозга, энцефалит, заражение крови. Однако за время войны мы разработали свою методику, позволяющую избежать этих осложнений: кусочек собственной ткани человека пропитывается антибиотиком и помещается в рану, создавая неблагоприятную для развития инфекции среду. Этот метод и применили.


*Военный хирург Александр Марченко постоянно интересуется состоянием Дани, которого он оперировал (фото автора)

Когда более чем четырехчасовая операция близилась к концу, Владимир Агафонов осторожно вытащил пинцетом металлическую пластину, и все вздохнули с облегчением. Даня за время операции потерял еще около 700 граммов крови, но детский нейрохирург Юрий Новик следил, чтобы не падало давление, чтобы ровно билось маленькое сердечко. И операция закончилась успешно. Теперь все зависело не только от врачей, но и от самого Дани: его иммунитета, характера, настойчивости.

— С подобными травмами после начала боевых действий на востоке Украины мы сталкиваемся регулярно, — рассказывает профессор Андрей Сирко. — Вытащили с того света сотни практически безнадежных бойцов. Сейчас у нас работает команда из семи военных нейрохирургов, которые проводят операции на уровне мировых стандартов. Причем мы подготовили их сами. Используем современнейшее оборудование. Многие наши пациенты успешно восстанавливаются после серьезных, а порой и несовместимых с жизнью ранений. К примеру, один наш бывший пациент, участник АТО, сейчас работает советником мэра. И подобных примеров много. Кстати, оперировать Даню помогал еще один наш воспитанник — Юрий Новик, который сейчас работает в детской больнице.

В свой пятый день рождения мальчик встал на парализованную ножку и… пошел

Всю неделю, которую Даня провел в коме в отделении реанимации, родители ночевали в машине возле больничного корпуса. Боялись даже на минуту отойти от медучреждения.

— Нам сообщали о состоянии ребенка утром и вечером — такой здесь порядок, — со слезами на глазах говорит мама Светлана. — Но мы ловили под дверью каждого выходящего врача с одним вопросом: «Как там наш Данечка?» Огромное спасибо заведующему реанимацией Александру Лацинскому: он каждый раз подробно рассказывал обо всех переменах. Когда сын очнулся, я впервые заплакала не от горя, а от радости. «Теперь все будет хорошо, успокойся!» — твердил мне муж. А я все не могла поверить, пока сама не увидела Данечку.

Сынок у нас очень способный. В три года Даня легко освоил счет, в четыре знал все буквы и даже немного читал. А уж сколько стихов они выучили с бабушкой Надеждой Ивановной, которая раньше работала воспитателем детсада, — не сосчитать. Даня очень любит технику, скорость. Но самокат и велосипед — это уже пройденный этап. Мы поднакопили денег и купили ему детский квадроцикл. В Дане легко уживаются бурная энергия и рассудительность, непоседливость и пытливый ум. «Наш Данечка будет в школе отличником, — говорила бабушка соседкам. — Что ни спроси — все знает». Отец тоже гордится Даней. Василий работает механиком на частном предприятии и считает, что тяга к технике у сына наследственная, он вполне может продолжить отцовскую династию… Сейчас мечтаем только об одном: пусть просто будет здоровым и веселым, как прежде.

*В больнице Даня вместе с родителями отпраздновал пятилетие. В свой день рождения мальчик впервые после травмы встал на ножки. На днях его выписали из больницы (фото автора)

Когда Даниила после операции перевели в общую палату нейрохирургии, он был еще очень слабенький, сам не дышал, не держал голову, мог сидеть, только обложенный со всех сторон подушками, кушал через трубочку, введенную в горло. Практически вся макушка была раной, затянутой кожей. Когда Светлана видела, как пульсируют под кожей сосуды головного мозга, ей казалось, что малейшее прикосновение может стать для ребенка смертельным. Она и на процедуры носила его, выставив вперед левую руку: чтобы никто, не дай Бог, случайно не коснулся ее сынишки.

— К сожалению, утраченные клетки мозга не восстановятся, — комментирует состояние маленького пациента Владимир Агафонов. — Но мозг ребенка очень пластичен, утраченные функции могут взять на себя другие его отделы. Больше всего пострадали левое полушарие и центр речи, однако мы надеемся, что мальчик все-таки заговорит, а функции правой руки и ноги восстановятся. Прогнозы в нейрохирургии давать очень сложно.

Сегодня с Даней занимается физиопроцедурами и массажем медсестра: «Соединяй пальчики, пусть они поздороваются, сжимай мячик». Однако правая рука малыша пока не слушается. А вот с правой ножкой произошло настоящее чудо.

23 июля Дане исполнилось пять лет. Из Желтых Вод приехали родственники с подарками, мальчика поздравлял весь персонал отделения. И воодушевленный вниманием он вдруг сам сел на кровати.

— Я от радости подхватила его на руки, — не скрывает восторга Светлана. — Чувствую, Даня ножками упирается в кровать. Поставила сына на пол, а он вдруг пошел. Хромает на правую ногу, но идет! Когда в понедельник в палату зашел Владимир Николаевич и увидел, что Даня ходит, он не поверил своим глазам!

Дане еще очень многому предстоит учиться заново: владеть правой рукой, говорить, уверенно ходить. Но он все понимает! Когда в кабинете барокамеры физиотерапевт Тамара Александровна спросила мальчишку: «Данечка, ты понял, что я тебе сказала?», он с умным видом закивал головой и снисходительно улыбнулся: мол, обижаете…

— Нам с лечением помогает владелец предприятия, на котором я работаю, — Владимир Владимирович Гетьман, — говорит Василий. — Он оплатил и операцию, и медикаменты, дал машину. Это золотой души человек, всю жизнь будем ему благодарны. Мы преклоняемся перед врачами, которые спасли нашего ребенка. А вот тракторист, виновный в том, что Даня чуть не погиб, даже не извинился перед нами. Более того, нашим родственникам звонили с угрозами: мол, если напишете заявление в полицию, мы все равно «отмажемся».

Тракторист пытается обвинить нас в случившемся: мол, зачем приближались к косилке, если там стояло «живое ограждение». Более того, распускает слухи, что мы с женой были пьяные. Но я в тот же день сдал анализ крови на наличие алкоголя: понял, что вину тракториста придется доказывать… Перед трагедией под одним из деревьев на пляже мы видели двух мужчин в оранжевых жилетах. Они просто курили, о чем-то переговариваясь, и я решил, что это парковщики, которые берут плату за стоянку. Даже мысленно возмутился: «Не успели пляж открыть, а уже деньги зарабатывают». Сейчас нам пытаются доказать, что эти мужчины были якобы живым ограждением, чтобы никто не приближался к работающему трактору. Но они даже не попытались предупредить нас об опасности. Неподалеку, кстати, гуляла молодая женщина с двумя детьми…

Как выяснили правоохранители Желтых Вод, покос травы на берегу речки заказали некоему гражданину Соломко члены желтоводского общества рыбаков. На своем китайском мини-тракторе он, по словам Василия, часто выполняет разные работы. Однако соблюдение техники безопасности такими «шабашниками» никто не контролирует.

— Конечно, бывают и случайности, и непредвиденные ситуации в работе техники, — рассуждает опытный автомеханик Василий. — Но я видел тот нож, которым травмирован мой сын. Нож не лопнул, заушина целая, а это значит, что он, во-первых, был просто плохо закреплен, а во-вторых, на косилке отсутствовал так называемый кожух, который не дает деталям разлетаться. Как я понимаю, эту косилку полиция должна была изъять в качестве вещественного доказательства, провести экспертизу ее технического состояния. Сделано ли это — не знаю, нам из полиции не звонили.

Супруги понимают, что получить компенсацию от виновника трагедии им будет сложно, а ресурсы семьи на лечение ребенка практически исчерпаны. В среду Даниила выписали из больницы, и врачи рекомендуют ему курс реабилитации в Трускавце по методу Владимира Козявкина. Кроме того, через два месяца ребенку на место утраченных костей черепа необходимо установить титановую пластину, которую по специальному заказу изготавливают в Киеве. Стоит она тоже недешево. Поэтому родители обращаются ко всем неравнодушным людям, которые могут помочь в реабилитации Дани.

Номер карточки отца мальчика в «ПриватБанке» 5168 7573 0862 7829. Стулий Василий Владимирович.

Желающие помочь могут связаться с папой Дани по телефону (099) 527−92−80.

Наталья ГАРМАШ, «ФАКТЫ» (Днепр), видео: 34 канал

/2016/08/15/zheltovodskogo-malchika-kotoromu-probilo-golovu-gazonokosilkoj-vypisali-iz-bolnicy/

Подпишитесь на наши социальные сети Telegram, Facebook, Instagram

Опубликовал(а)А. Баженова
Главный редактор сайта "Имеется Мнение".
Предыдущая запись
Волонтери Фонду «Герда» розвезли по дитячим пісочницям Жовтих Вод ще 10 тонн піску
Следующая запись
Актуальна інформація про вакантні місця по місту Жовтi Води
Добавить комментарий
Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля помечены *